Профессор Сафонов: Санкции ЕС уже пора диагностировать как попытку суицида

Евросоюз не без труда, но все-таки утвердил 21-й пакет антироссийских санкций. Фантазия евробюрократов на глазах иссякает, а вот проблемы у европейцев нарастают. Из-за упорного сопротивления некоторых стран очередной пакет пришлось урезать, и хотя глава евродипломатии Кая Каллас пообещала не останавливаться на достигнутом, каждый новый шаг дается Брюсселю всё с большим трудом.

На сей раз под брюссельскую раздачу попали 170 организаций и 48 физических лиц. Что касается персоналий, то в списках, как обычно, отказались и чиновники, и артисты, и бизнесмены. Это и министр спорта Михаил Дегтярев, и певец Александр Маршал, и гендиректор РЖД Олег Белозеров, и многие другие.

Новым пакетом введено замораживание активов и запрет на предоставление денежных средств отношении 94 банков. Финансовые ограничения затронули еще 33 российских кредитных и финансовых учреждения, а также некоторые иностранные. Коснулись ограничения и индийских подразделений Сбербанка и ВТБ.

Читайте также

Константин Бондаренко назвал дату, когда в Трампа опять вселится «дух Анкориджа» Украинский политолог — о том, что стоит за отставкой Федорова и что Зеленский наобещал хозяину в Анкаре

Запрещено проведение транзакций с 14 платформами, которые оказывают услуги в сфере криптоактивов и зарегистрированы в Грузии, Панаме, ОАЭ, на Маршалловых Островах, в Киргизии и Белоруссии.

Расширены санкции в отношении нефтяной отрасли, затронувшие, в частности, три российских и один белорусский НПЗ. Кроме того, через шесть месяцев должен вступить запрет на сделки с грузинским НПЗ, который занимается торговлей и переработкой российской нефти.

Ограничения ЕС касаются также пяти нефтетрейдеров, нарушавших запрет на закупку российской нефти и нефтепродуктов. В пакет также включен еще 41 танкер, в результате узе 673 судна оказались под санкциями. ЕС также намерен контролировать продажи России СПГ-танкеров.

Предусмотрено и продление на год действие «потолка цен» на российскую нефть на уровне $44,1.

Расширены санкции против горно-металлургической отрасли, в частности, введены дополнительные ограничения на импорт медной, никелевой и свинцовой руды, а также руды драгоценных металлов.

Санкции введены против 4 аэропортов и двух портов, нескольких десятков предприятий ВПК, в т. ч. производящих беспилотники.

А вот морские перевозки российского СПГ в 21-й пакет не попали. Греция, чья компания занимается такими поставками, уперлась — и Брюсселю пришлось уступить.

Так что в новом пакете может реально нам навредить, а что обычная пустышка?

— Если брать экономику в целом, энергетику в целом, то в этом пакете нет ничего, что могло бы реально навредить, — считает заместитель гендиректора Института национальной энергетики Александр Фролов.

— Каждая из принятых мер, которая может оказать негативное воздействие, будет усложнять работу отдельных компаний, но не прервет эту работу и не повлияет на нее каким-то радикальным образом.

В целом это ни о чем. Ровно тоже самое, что было в предыдущих пакетах.

«СП»: Но перевозки нашего СПГ тронуть так и не решились.

— Это веселая история. В мае прошлого года Еврокомиссия приняла дорожную карту по отказу от российского газа, нефти и ядерного топлива. Подразумевалось, что уже с 2027 года импорт российского СПГ будет запрещен.

У европейских компаний появился вопрос — а в третьи страны этот СПГ можно везти? Первоначальная позиция ЕК заключалась в том, что нет, иначе в чем смысл страшного запрета. После этого возникли вопросы у транспортных компаний, в первую очередь, греческих, которые владеют в т. ч. СПГ-танкерами ледового класса, и они обслуживали доставку с ямальского завода, а также у Total Energies, которая владеет долей в этом заводе.

С точки зрения греков и французов получалась абсурдная ситуация — наказывают Россию, но она просто переключится на других поставщиков услуг, и европейские компании — единственные, кто при этом потеряет деньги. Споры велись до последнего, в итоге вести СПГ в третьи страны можно.

Европейским компаниям надоело терять деньги. Все последние санкции, которые касались поставок оборудования, предоставления различных услуг российским нефтегазовым компаниям, били в первую очередь по европейским поставщикам оборудования и услуг.

«СП»: А что с нефтью, которая на фоне ближневосточного кризиса растет в цене, а потолок ЕС установил 44 на год?

— Для нас с этим ничего страшного нет. У отдельных компаний в отдельных ситуациях могут отдельные неприятности происходить.

Большая часть нашей нефти вообще не зависит от мощностей, которых прямо или косвенно касается этот потолок.

Принятие заморозки этого потолка — по сути, это чисто политический жест, который в условиях низкой эффективности этой меры, практически ни на что реальное не влияющей, которым Еврокомиссия пытается исключить необходимость увеличивать потолок.

При той модели потолка, которую они пересмотрели в 2025 году, необходимо в виду текущего роста цен увеличивать потолок. А можно его увеличивать с политической точки зрения? Конечно, нет. Если бы это на что-то влияло, они бы потолок увеличивали.

Профессор Финансового университета при Правительстве РФ Александр Сафонов отмечает, что любые санкции, конечно, осложняют работу.

Читайте также

Не Копенгаген. Датский судовладелец, крупнейший в мире, свернул работу через порты незалежной Украине перекрыли экспорт морем, убытки — миллиард долларов в месяц

— Вопрос в том, что тот объем, который был принят раньше, он не заставил наш экономику остановиться. Основная задача — усложнить нам взаимодействие с нашими партнерами, в частности, со странами БРИКС и рядом других.

Понятно, что они расширяют количество подсанкционных банков. Дело в том, что по ряду направлений мы перешли на электронную валюту, и европейцы не могут через SWIFT проследить денежные потоки, поэтому они идут по принципу — осложнить жизнь уже даже не компаниям, а гражданам. Чтобы банки не имели возможности переводить деньги в другие банки, обеспечивая людям возможность каких-то покупок в поездках.

Смешно решение об установлении потолка нефть 44 доллара, при том что нефть сейчас стоит уже 100. Кто будет ее за 44 продавать? Тем более что они сами признают, что вынуждены тратить больше денег только на замену товаров, которые они перестали покупать у нас.

Например, ценник на сельхозудобрения в Германии вырос в два раза, причем собственные заводы закрылись, потому что дешевого российского газа нет, а делать из СПГ неконкурентно. Вместо металла из России приходится везти его из Индии, а это дороже.

Эти санкции уже пора рассматривать как попытку суицида. Они не могут уже остановиться — надо обязательно показать, что они хоть что-то делают.

Безусловно, санкции — штука неприятная, но не смертельная. Тем, кто под них попал, будет сложнее вести работу с зарубежными странами. Это ускорит переход на систему расчетов через систему электронной валюты, чтобы транзакции были не видны европейцам.

Последние новости и все самое важное о западных санкциях и ограничениях, — в теме «Свободной Прессы».